Сергей Ременник: «Мы самые титулованные по регалиям, но это ничего не значит»

Екатеринбург становится центром автомобильного спорта России. Совсем недавно наш Сергей Карякин стал триумфатором ралли «Дакар-2017» в зачете Quad (квадроциклы). И уже совсем скоро другой Сергей — Ременник — выйдет на старт чемпионата Европы по ралли. И это будет настоящий дебют — до этого уральцы никогда не участвовали в столь престижных соревнованиях. Znak.com поговорил с Ременником, которого многие знают как совладельца нескольких известных городских баров, за 10 дней до первой гонки на Азорских островах (она начнется 30 марта 2017 года).

Европейская раллийная серия — второй по значимости чемпионат после мирового первенства. Класс «Продакшн» (ERC2) будет представлен уральским экипажем Сергея Ременника и Марка Розина на автомобиле Mitsubishi Lancer Evo X.

Ременник и Розин — действующие чемпионы России в классе N4, победители зонального Кубка Европы Baltic Rally Trophy 2016 в абсолютном зачете и бронзовые призеры Кубка Европы European Rally Trophy в зачете N4. В прошлом Сергей — чемпион Уральского федерального округа по автокроссу, а также и в раллийной дисциплине.

— Я не помню, как научился ездить, отец занимался ралли и стал меня брать с собой штурманом. Когда был подростком, я уже первый раз поехал с ним рядом. Потом стал втягиваться, получил права, он дал мне мощный импульс и, конечно, меня поддерживает до сих пор. Какое-то время поездил в кроссе, выиграл чемпионат Урала по автокроссу, потом вернулся в ралли — все-таки это первая любовь и самая сильная, — начинает беседу Ременник.

— Объясни, почему это соревнование престижное? Все говорят о Формуле-1, почему ралли проигрывает ей по зрительскому интересу?

— В автоспорте много дисциплин. Есть кольцевые серии, и Формула-1 — одна из кольцевых — самая на сегодня популярная, но не самая быстрая. Есть кузовные гонки, треки, есть ледовые, кроссы, есть автомногоборье. Ралли — это самая универсальна дисциплина, а пилоты здесь должны быстро адаптироваться к любым изменяющимся условиям. Ралли проводится в любое время года, в любое время суток, на любом известном дорожном покрытии и при любых погодных условиях. Ралли не остановит ничего, если только дорогу не смоет. Ни одна другая автоспортивная дисциплина таким похвастать не может. Все остальные дисциплины — это частные случаи ралли, потому что здесь есть все — асфальт, гравий, лед, снег.

— Ты первый екатеринбуржец, который примет участие в чемпионате Европы?

— Я не помню, чтобы кто-то из Екатеринбурга ехал серию в чемпионате Европы. Но автодисциплины вообще у нас не очень популярны. Несмотря на это, у нас много уральских ребят, которые добивались успеха на всероссийском и всесоюзном уровне. Александр Трухин — четырехкратный чемпион Советского Союза по треку, его сын Андрей — единственный двукратный победитель кубка России, чемпион России по ралли, один из самых быстрых гонщиков страны. Мы с ним вместе в одной команде выиграли Кубок два года назад. Александр Доросинский — чемпион Эстонии по ралли, Дмитрий Тагиров — обладатель кубка РФ, чемпион РФ, а так же участник чемпионата мира. Вадим Новиков серебренный призер ЧР, Борис Власов чемпион РФ в моноприводе. И это только раллисты.

— Как проходит твоя подготовка к ралли?

— В будние дни я не могу уделить много времени тренировочному процессу, мы проводим только стенограммные тренировки со штурманом, выключаем звук на on-board (запись гонки на видео внутри автомобиля), Марк достает стенограмму и начинает мне читать, мы моделируем ситуации.

Поскольку сейчас вся техника находится в Латвии, боевые тренировки и тесты мы проводим там. Нам легче прилететь к команде, чем команде переместиться на Урал. Например, в пятницу после работы или субботним утром летим в Латвию, сразу из аэропорта мы едем на тесты, до ночи гоняем, ночуем, потом снова гоняем до вылета самолета, потом возвращаемся в 5.30 утра в Екатеринбург и идём на работу, поэтому понедельник получается очень тяжелым.

— Получается, вся твоя подготовка проходит за рубежом?

— Пока у нас стоял лед — тренировались. Сейчас «Рамада», «Куба» и Балтым (водоемы с ледовыми трассами — прим. ред.) закрыты. Мы в этом сезоне подключили к тестовой программе тренировки на заднем приводе. Это хорошая контраварийная подготовка. Раллийный пилот должен обладать качественной контраварийной подготовкой, когда что-то идет не так, а там постоянно меняются условия и что-то может идти не так. В кольцевых дисциплинах каждый поворот выверен, из миллиметра в миллиметр все повторяешь, а ралли ты едешь фактически на слух. Для ознакомления с дистанцией проезжаешь дистанцию всего два раза. Сначала проехал посмотрел — продиктовал штурману, второй раз штурман продиктовал тебе, проверили — и в бой.

Дистанция Чемпионата Европы — 240-250 боевых километров — половина из них не повторяющихся дорог. Запомнить — невозможно. Чем лучше у тебя контраварийная подготовка, тем лучше, всегда вовремя можешь подрулить и скорректировать положение машины…

Facebook Сергея Ременника

— Подготовиться сложно?

— На льду, на снегу, на гравийном покрытии — можно, асфальта хорошего у нас нет — за ним нужно ехать в Европу. У нас есть on-board прошлых лет, они не все на сто процентов повторяются, но передают специфику тех дорог. Берем on-board прошлого года, по нему пишем стенограмму и начинаем диктовать под эту дорогу в этом темпе. Можно подготовиться таким образом — промоделировать, что будет происходить. Для реальных тренировок мы стараемся находить похожие по характеру дороги на те, которые нас ожидают на ралли, организуем перекрытие и едем.

— Какой результат будет предпочтительнее для тебя? Победа в общем зачете, на одном из этапов, или участие — это уже круто?

— Мы примерно представляем, что нас там ждет. Весь чемпионат Европы поедет определенное количество человек, но на каждом этапе будет присоединяться очень много местных гонщиков. А они знают эти дороги и будут на них быстрее. Поэтому ты должен быть быстрее в среднем своих соперников по всему сезону. Задача — финишировать каждую гонку. И как можно выше в турнирной таблице! Более четких задач — войти в тройку, в пятерку — нет. Никто из россиян в этом классе эти трассы не ездил, поэтому прогноз сделать не получится. Первые спецучастки покажут какую-то ясность и помогут понять, что нам надо делать.

Основных соперников тоже не могу назвать. Из гонщиков, заявленных на первый этап ЧЕ в моем классе, нет ни одного прошлогоднего чемпиона, нет фамилий, которые я бы слышал раньше. Более того, меня поставили стартовать первым в классе! Может быть, на сегодня из этих ребят я самый титулованный по регалиям, но это ничего не значит. Это ралли и незнакомая для меня дорога. Но в ралли как раз и нужно ездить незнакомые дороги. Я очень долгое время не выезжал никуда за Урал, не было времени, денег, смелости. Я знал, что я быстрый в своей песочнице, но надо же съездить и в другую песочницу. Чтобы быть быстрым везде, нужно ездить как можно больше незнакомых гонок. Это как в жизни — нужно постоянно выходить из зоны комфорта, чтобы достигать успеха. И ралли — не исключение.

— Какой из этапов для тебя особенно интересен?

— В Италии! Как пишут организаторы, старт гонки будет с одной из площадей Рима. Я был там — это великолепный город с богатой историей, и мы будем стартовать в Риме. Можно даже гонку не ехать — сам римский старт того стоит. В городской черте организаторы делают зрительские спецучастки — они особо ни на что не влияют, потому что короткие. С точки зрения популяризации спорта — это очень круто и необходимо, потому что ралли — это праздник.

— Кроме Рима, можешь выделить какой-нибудь этап?

— Относительно легко нам будет на латвийской гравийной гонке, потому что она проходит по тем дорогам, где я хотя бы ездил. В прошлом году пришел к финишу третьим в классе. Мне будет легче ехать гравийные спецучастки, чем асфальтовые, потому что гравийного опыта у меня намного больше.

В любом деле есть теория десяти тысяч часов — если ты занимаешься чем-то десять тысяч часов — то уже становишься профессионалом. На гравии мы значительно ближе к этому показателю, чем на асфальте.

Наша команда уже в Португалии, где будет грузиться на паром и четыре дня плыть до Понте Дель Гада. Сегодня с техническим директором команды обсуждаем логистику на Канарских островах (следующий этап ЧЕ), а мы еще до Азорских не доехали. И уже сейчас мы спланировали асфальтовые тесты перед гонкой в Латвии. Главное в этом чемпионате — пережить очень сложное по логистике начало. Это начало еще и очень затратно — команда, когда уедет в Грецию, обратно вернется только через месяц.

— То, что пропали снежно-ледовые гонки, тебя расстраивает?

— Да, я неплохо бы на них смотрелся. В прошлом году не состоялась латвийская зимняя гонка. Также в позапрошлом году в календаре была австрийская гонка, но ее тоже не будет. Последние годы такая тенденция — в Европе нет снега, много зимних ралли отменяют или исключают. Очень надеюсь, что их вернут.

— Расскажи про свою команду и штурмана.

— Мой штурман — екатеринбуржец Марк Розин, мой двоюродный брат (тоже раньше ездил как пилот в ралли). Именно с ним я одержал свою первую раллийную победу в 2005 году в Челябинске. Надеялись, что попадем в тройку, но выиграли. Потом Марк уезжал в США на учебу, я ездил в кроссе, появился новый штурман — Владимир Иванов. Мы с ним выигрывали чемпионат УрФО, становились обладателями Кубка России в составе команды «Ураласбест». Когда я пришел в латвийскую команду, я стал снова ездить с Марком.

* * *

Добавим, что помимо Ременника и Розина на старт Azores Airlines Rally — первого этапа ERC — выйдет Ford Fiesta R5 российского экипажа в составе Алексея Лукьянюка и Алексея Арнаутова. Для петербуржцев это будет уже третий подряд сезон в чемпионате Европы по ралли. Кроме того, примут участие в ЧЕ Николай Грязин и Ярослав Федоров на R5 и Артур Мурадян и Павел Челебаев в моноприводе. Таким образом, в каждом классе будет представитель России.

Всего на ЧЕ восемь этапов — на Азорских и Канарских островах, в Греции, на Кипре, а также в Польше, Чехии, Италии и Латвии. Каждая гонка будет занимать примерно одну неделю. Сейчас в распоряжении гонщика два автомобиля — «боевой» и «прописной», который в случае чего пойдет на запчасти. Znak.com будет следить за успехами Ременника и Розина на этих трассах и оперативно рассказывать о результатах.

Поделись Автор Фото

Facebook

6 июня в календаре — Международный день языка и День русского языка…. Накануне этой даты в рамках проведения Ночи музеев работникам комбината «Ураласбест» вручили подарки за лучшие результаты в написании Тотального диктанта. Допустили меньше всех ошибок и совсем немного не дотянули до заветных «пятерок» Ольга Сорокина, руководитель службы охраны труда предприятия «Промтехвзрыв», Наталья Кутенева, старший кладовщик колонны «Северная» автотранспортного предприятия, и Оксана Боброва, контроллер контрольно-пропускного пункта службы по защите имущества ОАО «Ураласбест». Многие сотрудники комбината смогли написать текст без единой орфографической ошибки, ну, или с минимальным их количеством. Большинство участников подвела пунктуация — уж больно мудрено в тексте составили предложения, не все правильно смогли расставить запятые, двоеточия и другие знаки препинания. Напомним, в апреле градообразующее предприятие Асбеста поддержало всемирную образовательную акцию «Тотальный диктант» и организовало в Учебном комбинате площадку для его написания. 51 человек пришел на площадку, чтобы испытать на прочность школьные знания и написать под диктовку главы Асбестовского городского округа Натальи Тихоновой текст диктанта. Кстати, всего в этом году участие в акции приняли 236 284 по всему миру. See more

«Я не верю в люкс». Серый кардинал ресторанного бизнеса Екатеринбурга экономит на миллионерах

Фото: Марина Молдавская

Серый кардинал ресторанного бизнеса Екатеринбурга может попасть в свои заведения лишь через черный вход. Хотя слава о его звездных заведениях гремит на весь город, сам Сергей Ременник предпочитает оставаться в тени. Он не рискует вкладывать деньги в пафосные рестораны, потому что на людях с толстым кошельком никогда не заработать.

Сергей Ременник выиграл «Караоке-баттл 2018», покорив публику песней «А я милого узнаю по походке». Фото: Дарья Попова

— В городе вас называют «серым кардиналом» ресторанного бизнеса Екатеринбурга. Вы у руля ни одного заведения не стоите, но финансово они от вас зависят…

— Забавная характеристика, тем более с учетом моего имени. Я действительно не занимаюсь операционным менеджментом, но это не означает, что я не принимаю участия в управлении.

— Как вы определяете свое место в ресторанном бизнесе города: кто есть кто?

— Когда мы с Женей Кексиным в 2009-м открыли бар «Alibi» — это был первый опыт работы для нас для всех. И надо отметить, что тогда было все значительно проще, чем сейчас.

— Проще в плане конкуренции?

— Было меньше людей, было меньше интересных предложений на рынке. Потому мы с этим баром сразу же взлетели. Тут надо ещё понимать, что мы были на 10 лет моложе. Любили веселиться, тусоваться, и мы делали заведение под себя, куда нам самим хотелось бы ходить.

Один из последних проектов Ременника — караоке «Огонька». Фото: Марина Молдавская

— 2009 год, Екатеринбург. Кто из ресторанной и барной индустрии уже есть?

— «Resta Management» уже есть. Но мы открывали все-таки не ресторан, а бар. И нашими конкурентами тогда были «Rosy Jane», был «The Hooch», работали «Доктор Скотч» и «Chivas Bar» и «Gordon’s». То есть не так много интересных заведений, да и культура еды вне дома еще не была развита. И мы начинаем делать что-то свое. Именно тогда я много времени уделял процессу бурного бизнеса. Тогда всё казалось проще.

— Кто для вас тогда был примером успешного гастробизнеса?

— Все время ориентировался и смотрел на Кирилла Шлаена. И даже последний раз, когда были у меня неразрешимые метания по поводу заведения…

— По поводу открытия «Гадов»?

— Нет. У меня был вариант открыть ресторан не совсем в центре, но очень высоко.

— Его открыли, но не вы в итоге…

— Да. Именно пообщавшись с Кириллом, его открыл не я, за что очень ему благодарен.

Самая большая страсть Сергея — это автогонки. Фото: Марина Молдавская

— То есть вы выбираете все лучшее, что сделали другие, и запускаете у себя?

— Мы много ездим и смотрим, особенно за границей. И заведения Екб для нас не ориентир! Ведь очень просто делать ресторанный бизнес в Екатеринбурге. Поехал в Москву, посмотрел рабочие форматы, чуть-чуть адаптировал под уральскую публику и открыл. Легко делать ресторанный бизнес и в Москве. Приехал в Штаты, причем не в Европу даже, посмотрел, что модно нынче в Нью-Йорке или Лос-Анджелесе, адаптировал и запускаешь в нашей столице. Сложно создавать ресторан в Нью-Йорке или Лос-Анджелесе. Там приходится придумывать. Но мы ставим для себя более амбициозные задачи, чем утащить из Москвы. Так, например, «Гады» стали историей, которая, по нашему мнению, опередила столицу.

«Гады» получились не сразу. Изначально Ременник и его команда взяли бар «Старый Дублин», но ремейк его не понравился ни завсегдатаям, ни новеньким. И тогда появились «Крабы. Гады и вино». Фото: Анна Майорова

— Но фишки меню — это больше история про концепции и управляющих. Вы же человек — про деньги в ресторанном бизнесе. Вы вкладываетесь, не рискуя, потому как это не основной ваш доход, либо на ресторанах в Екатеринбурге реально заработать?

— Знаете, надо пробовать. Нам повезло удачно открыть «Alibi». Это была смешная история. Мы посчитали, что на запуск бара надо шесть миллионов. В 2009-м году это сумма была для нас весомая, но найти можно. По факту они превратились в двенадцать миллионов рублей. При этом, когда мы открылись, бар был готов не полностью: не было випок, их достраивали из тех денег, которые зарабатывали. В итоге мы окупились за два года. И еще почти два года работали в прибыль. А потом нам неплохо за него заплатили, и мы его продали. После этого открыли «Юность» и «Огонёк». Понятно, чтобы так развиваться, мы привлекаем деньги из другого бизнеса. Но мы бы не тратились, если бы не зарабатывали. Это не такое, что «а чтоб мне сделать?.. пойду открою ресторан».

Управляющий «Огонька» — главный хайповщик Евгений Кексин. Любая новость про курс валют или Собчак попадает в меню. Фото: Дарья Попова

— Почему ресторан, а не другой бизнес?

— Потому что я хоть что-то тут понимаю.

— Вы запускаете три успешных проекта с Женей Кексиным, а затем у вас появляется альянс с Валей Кузякиным и совершенно иной формат заведения. Зачем?

— Работать с Валей Кузякиным для меня было вызовом. А могу ли я что-то сделать без той команды, с которой открывал первые заведения? Я отсюда не взял ни одного человека, ни одного ресурса. Открывая рестораны «Гастроли» и «Гады», я хотел понять, вношу ли я какой-то вклад помимо финансов, либо я — паразит здесь… Я попытался переложить принципы своей работы, я сейчас возглавляю Управление стратегического развития на комбинате «Ураласбест», на ресторанный бизнес. Объясняю людям, что мы хотим получить через определенный период времени. При этом, у меня нет возможности дергать за рычаги в ручном режиме. Мы с Валей Кузякиным попробовали этот принцип. И получилось неплохо, мне кажется.

В своих заведениях Сергей Ременник собирает друзей, особенно актуально, если они умеют петь. Фото: Марина Молдавская

— Как вы оцениваете свой успех в ресторанном бизнесе?

— Я стараюсь размышлять измеримыми показателями. Ты можешь померить свой бизнес оборотом, прибылью, рентабельностью, оборачиваемостью посадок или совокупностью факторов, но в конечном итоге значение будет иметь тенденция к развитию. Она либо есть, либо ее нет.

— Вы едите в своих ресторанах?

— Я себя даже за это ругаю, потому что стараюсь заказывать и ходить в другие места, чтобы просто не терять нюх.

— Можно подумать, в Екатеринбурге такое разнообразие, с учетом того, что вы сами говорите, все друг за другом повторяют…

— Всегда есть что почерпнуть у других. Ну и как еще понять — все еще мы классные или уже не очень. Вот мне лет 15-20 назад очень нравилось по утрам с друзьями после бурной ночи заходить в азербайджанское кафе на углу улицы Мира. Кафе так и называлось «Перекресток», прямо далеко такое неприглядное, но очень вкусное.

— В какие заведения вы никогда не будете инвестировать деньги?

— Мне никогда не нравилась история делать очень дорогие рестораны. Я не верю в люкс, особенно в нашем городе.

Фейсконтроль в «Огоньке» -суровый. Фото: Александр Мамаев

— Люкс это у нас в городе Panorama ASP и Le Bourg?

— Я бы не сказал, что это люкс. Сегодня такого явного люкса у нас нет. В Екатеринбурге был люкс, это клуб GOLD, был «Кристалл» когда-то. Я в такие заведения не верю. Сколько людей готовы туда прийти? Эта публика очень капризная, непостоянная, и её очень мало. Соответственно, это не те люди, за которыми стоит строить бизнес. Его нужно делать для масс. Я обидел одного пафосного гостя, который миллионы оставлял, все, его больше нет, и нет твоих миллионов. А ты случайно обидел какого-то менее значимого гостя…

— Но и он тоже окажется важным…

— Разумеется, но объективно потери будут иные. Конечно, очень плохо, если мое заведение кого-то обидело. Просто чудовищно. Но о потери одного такого гостя ты не будешь так жалеть. Поэтому нам нравится делать такие народные заведения. И потом, мне нравятся толпа, шум. Мы в заведениях не делаем громко музыку, чтобы было слышно звук приборов, голоса. Чтобы энергия людей чувствовалась.

— Вы же лукавите, когда говорите про элитарность заведений. Вы создали одни из самых модных ресторанов и баров города. Если смотреть по чеку, то от элитарных не далеко ушли.

— Нет, ни в коем случае! У нас чек в «Огоньке» не сильно выше, чем в «The Optimist». Но тут делает много тусовка, которую ты привлекаешь.

Главная тусока города концентрируется в » Гадах» и «Гастролях». Фото: Наталья Чернохатова

— А кто эти люди, которых вы называете тусовкой? Есть же легенда, что за Кузякиным ходит его тусовка еще со времен «Дома Печати»….

— Тут я готов сказать, что я ни черта не понимаю. Люди, которые ходят ко мне в «Огонёк», которые ходят ко мне в «Гастроли», пересекаются, в «Шаломе» более молодая публика, либо из взрослых, но продвинутые. Здесь публика не сказать, что она… Ни в коем случае не глупее, у нее просто другие интересы.

— У вас очень избирательный подход к гостям. Как-то мы со светскими обозревателями московского глянца «SNC» пытались пройти в «Огонек» и чем-то не понравились секьюрити. Пришлось звонить Кексину. А в «Alibi» нас так и не пустили.

— Наверное, они выглядели слишком круто для Екатеринбурга. Тут нельзя быть настолько классным, тебя не поймут. Когда мне было лет восемнадцать- двадцать, у нас с друзьями были соревнования — кто сможет пройти в «Rosy Jane» или, например, в «Пушкин». Это было невероятно сложно. В «Рози» меня с постоянной регулярностью не пускала хостес Юля. «А в чем причина-то?», — спрашиваю ее. Слово за слово, пообщались, и в процессе она и говорит: «Вы знаете, вы уже, наверное, и проходите». Также я помню свое знакомство с Ромой, который у Вали Кузякина в «Доме печати» работал потом. Он меня в «Пушкин» не пускал. Но как-то договаривались. Это даже вошло в азарт, договариваться. Меня, кстати, раньше регулярно фейс-контроль в моих заведениях не узнавал. Ходил через служебный вход. А в «Юность» хожу так до сих пор.

— Ваши инвестиции в ресторанный бизнес — это по-быстрому словить хайп, заработать и уйти или это тщеславие: привести своих друзей в свое заведение?

— Вся моя ярмарка тщеславия заканчивается автоспортом. Я чемпион России. Бронзовый призер чемпионата Европы по ралли. У меня даже «Инстаграм» на эту тему есть. А в ресторанном бизнесе узнаваемость для меня не так важна.

А что значит словить хайп и уйти? Чтобы заведенью окупиться, ну, таким, которые мы открываем, надо от 2-х до 3-х лет. А нам же хочется еще и заработать. Для меня всегда были примером заведения в Европе, которым уже двадцать, тридцать лет и они битком каждый день. Вот и я хочу так.

Сергей — чемпион России. Бронзовый призер чемпионата Европы по ралли. Фото: www.instagram.com/xxxxbadxxxx

— Но в Европе как правило это семейный бизнес, небольшие рестораны…

— Если про объем говорить, то надо делать, как Андрей Трофимов или Андрей Максимов: «Свою компанию» или «Рататуй». Чтобы зарабатывать на объеме.

— Почему к нам москвичи неохотно заходят?

— Объемы не те. Расскажу историю. Я не очень верил в «Юность»: из всех заведений в здании «Уральского рабочего» только у нас был отдельный вход, напротив УрГУ, студенты, пешеходный трафик по Ленина. Самое лучше, что можно было тут открыть — «Чайхона». Работай круглосуточно: вечером кальян, диджей и все. Я поехал встречаться с «Чайхоной» в Москву. Обозначили объем инвестиций на заведение порядка пятидесяти миллионов, и это больше пяти лет назад. И сколько я буду эти пятьдесят миллионов окупать в Екатеринбурге? А клуб «Юность» работает и сегодня. Поэтому истории с подобными бюджетами будем планировать не в этом городе.

Рубрики: Мотоспорт

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *